Индивидуальная психотерапия
Семейная терапия
Профессорский консилиум
Клиника лечения зависимостей
Амбулаторный центр
Лечение Созависимости
Открыты для вас 24 ЧАСА В СУТКИ

Пётр

В Рехаб я попал после двухмесячного запоя. Про два месяца мне сказал друг, который и привез меня в клинику. По моим ощущениям, это длилось недели две-три, в течение которых возле меня дежурили наркологи и родственники, но как только они уезжали, я опять напивался, так как уже не мог не пить.

И вот однажды, будучи уже не в состоянии встать самостоятельно, я понял, что зашел в своем пьянстве очень далеко и, вероятнее всего, скоро просто умру. Тогда я написал смс - сообщение другу о том, что мне необходима скорая помощь. Про реабилитационные центры я не задумывался, так как почти ничего про это не знал, и притом они были для алкоголиков, а я себя таким не считал. Я полагал, что мои проблемы от нервов, хотя моему запою предшествовал период в полгода, когда я был закодирован, и на кодировку я шел сознательно, но все-таки свой алкоголизм я не признавал.

Осознание того, что алкоголик - это про меня, пришло ко мне только в Рехабе, после того, как я написал несколько заданий по истории своего заболевания. Оказалось, что уже четырнадцать лет назад я начинал свой день с того, что похмелялся перед походом в офис на работу, и почти каждый вечер находил повод "расслабиться". И действительно, поводы всегда находились. У меня вечно были конфликты и неприятности в личной жизни и на работе, а в спокойные периоды жизни находились поводы приятные. Понимание того, что практически за всеми моими проблемами стоит мой алкоголизм, не было. Все эти годы я уповал на нервную работу, тупое руководство, коварных женщин и вообще на ничего не понимающих людей вокруг меня. Казалось, что заработай я больше денег или поменяй место жительства - и жизнь наладится, но никакие суммы и жизнь за границей не приносили желанного состояния покоя и удовлетворения. Я продолжал участвовать в гонке.

Итак, отмотав назад историю своего алкоголизма, ко мне пришло осознание того, что проблема есть и она во мне. Преисполненный чувства благодарности ко всем в клинике, через сорок дней я вышел на свободу. После выписки я продолжил выздоровление на амбулаторных занятиях и с психологом. Жизнь налаживалась, и ко мне возвращалась уверенность в собственных силах. Трех месяцев трезвости хватило мне, чтобы поверить, что я здоров. Постепенно я стал все чаще прогуливать занятия, уже не находя в них особого смысла. Да и зачем, ведь тяга к алкоголю практически исчезла? Рекомендации моего психолога посещать городские группы я упорно игнорировал, полагая, что сообщество, возможно, и помогает кому-то, но я справлюсь самостоятельно. Да и тусоваться с алкоголиками я считал ниже своего достоинства.

В тот период у меня появился свой рецепт выздоровления! Я углубился в философию и эзотерические учения, а также политологию и социологию. Рехаб и группы мне были больше не нужны, я был на пороге осознания смысла жизни, пазлы вот-вот должны были сложиться в единую картину мира, без понимания которой я не находил покоя. «Я благодарен вам за то, что вы вернули мне человеческий облик, но сверхчеловека вам сделать не под силу, и поэтому дальше я сам,» - так я думал, а между тем частое чувство тревоги снова вернулось в мою жизнь. Я опять полагал, что для полноценной жизни мне необходимо поменять место жительства и, конечно, заработать больше денег. Все свое время я посвящал работе, своим новым "духовным" поискам и планам по переезду. Тревожное мое состояние набирало обороты, но я полагал, что причины были вовне, и они были объективны.

В один из вечеров, после очень напряженного рабочего дня, я задумал развеяться и сходить в кино. В Москве в те дни стояла ужасная духота, и голову мою просто сжимало от напряжения и усталости. И вот, уже сидя в кинотеатре, я осознал, что напряжение не проходит и терпеть его стало уже невыносимо. В этот момент промелькнула мысль, что пара бокалов легкого алкогольного напитка прекрасно справились бы с моей усталостью, как справлялись раньше. В тот момент, еще ничего не предприняв, я понял, что сорвался. Все разумные доводы ушли на второй план, я толком ничего не соображал, мне было необходимо избавиться от этого напряжения.

Под кинотеатром находился ресторан. Недосмотрев кино, я направился туда и, взяв любимого вина с собой, направился домой. И конечно мне не хватило двух бокалов, я выпил всю бутылку, но для меня это было не много, в прежние времена таким количеством я разминался, а потом я спокойно заснул. А вот проснулся я уже другим человеком: от небольшого количества выпитого накануне было довольно сильное похмелье, все мое здравомыслие улетучилось, и на его месте прочно обосновалась моя прежняя одержимость. Я был обязан продолжить банкет - иначе этот мир я не мог переносить - и я продолжил. Однако, занятия в группах и с психологом, что-то изменили во мне, и бухать, как раньше, я уже не мог, хотя не мог и остановиться. Появилась какая-то осознанность, мне было жутко противно от собственной беспомощности, и я решил не затягивать и вернуться в клинику. Но пока я ожидал такси, я умудрился напиться и вырубиться, так что в Рехаб я попал только на следующий день.

В этот мой приезд все было не так, я чувствовал себя очень подавленным, и тяжесть в голове не прошла после детоксикации. Голова мало что соображала, какую - либо информацию я перестал воспринимать, зато она родила замечательную мысль о том, что вот теперь до меня дошел весь ужас моего положения и коварство этого заболевания, и с этим осознанием я смогу пить умеренно! Мысль дурацкая, но тогда я в это верил и, конечно, я никому не говорил об этом. Уже при выписке я знал, что выпью по приезду домой и сделаю это культурно. И, конечно, все повторилось.

Следующие несколько дней я запомнил очень фрагментарно: я кутил то здесь, то там, а в результате оказался на даче у моего приятеля по Рехабу, который тоже имел свой метод выздоровления и тоже к тому моменту находился в срыве. Посовещавшись, мы вместе утром на такси отправились обратно в клинику, накачиваясь по дороге. Через несколько дней я улетел в Доминиканское отделение Рехаба; улетел потому, что уже не воспринимал что-либо на старом месте, но и выходить на свободу боялся.

Два месяца в Доминиканском Рехабе хорошо подействовали на меня: на новом месте я смог начать все сначала, прописал все задания заново, а климат острова хорошо помог успокоиться. А главное, что произошло со мной там - это то, что я начал слышать, что мне говорят психологи и консультанты. Моя спесь и гордыня куда-то испарились, и я задумался о том, что говорили мне эти люди с большими сроками чистоты и страшными историями болезни. Я уважал этих людей и доверял их опыту, и если они смогли с помощью двенадцатишаговой программы оставаться чистыми, то почему бы и мне не сделать то же? Главное, что подействовало на меня - это то ощущение внутреннего покоя и тепла, которое исходило от них, я захотел для себя такого же покоя.

По возвращении в Москву я сразу отправился на городскую группу и в первый же вечер нашел себе наставника и еще, в дальнейшем, какое-то время посещал амбулаторные занятия. Под руководством наставника я начал идти по шагам и в течение полугода посещал группы ежедневно. Атмосфера и люди на группах понравились мне сразу, и было четкое понимание, что это моя страховка от срыва. Вечерний поход на группу стал главным событием дня для меня, появилось много новых знакомых, с которыми мне было интереснее, чем в моем прежнем кругу общения. И главное, я нашел там много ответов на вопросы, всегда волновавшие меня, мои взгляды на мир внешний существенно изменились, когда я начал глубокий анализ своего внутреннего мира. В 37 лет, благодаря алкоголикам, я начал новую, интересную жизнь. Сегодня я трезвый!


оплата онлайн
навер