Методы лечения панических атак
Индивидуальная психотерапия
Семейная терапия
Профессорский консилиум
Клиника лечения зависимостей
Амбулаторный центр
Лечение Созависимости
+7 (495) 212-08-87
Открыты для вас 24 ЧАСА В СУТКИ
Выздоровление начинается здесь

Методы лечения панических атак

Дата публикации 26.05.2015
Обновлено 03.08.2020

Выделяют несколько стратегий в лечении панического расстройства: первое — купирование самой панической атаки; второе — предупреждение (контроль) панической атаки и вторичных по отношению к панике синдромов (агорафобии, депрессии, ипохондрии и т. д.).

Для купирования панической атаки используются медикаментозные средства и психофизиологические приемы. Наиболее эффективными препаратами являются бензодиазепины, из них более предпочтительны препараты быстрого действия: диазепам, лоразепам. Используются среднетерапевтические дозы. Возможно как пероральное, так и внутривенное введение препарата. Купирование атаки достигается спустя несколько минут (15–30) после введения лекарства. Однако частое (ежедневное) использование этих препаратов ведет к развитию синдрома привыкания, и в привычных дозировках они перестают действовать. В то же время нерегулярный прием бензодиазепинов («прием по требованию») и связанный с ним феномен отдачи могут способствовать учащению панических атак. К психофизиологическим приемам купирования пароксизма относятся: обучение релаксации, переход на диафрагмальное дыхание, «дыхание в мешок».

Стабилизирующая терапия, направленная на закрепление результатов (контроль панических атак), восстановление уровня социальной адаптации, преодоление агорафобических проявлений (тревога ожидания, избегающее поведение) и предотвращение ранних рецидивов (4–6 мес), включает назначение препаратов, обладающих антипаническим эффектом. В настоящее время выделяются следующие антипанические средства: трициклические антидепрессанты (ТАД), селективные серотонинергические препараты и ингибиторы моноаминооксидазы (МАО).

Другим классом антидепрессантов, широко применяемым при лечении панического расстройства, являются селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС): флуоксетин (прозак, портал, продеп), флувоксамин (феварин, флоксифрал, лювокс), сертралин (золофт), пароксетин (паксил), циталопрам (ципрамил).

Широкое применение лекарственных средств, обладающих антипанической эффективностью, способствовало увеличению межприступного периода, что, в свою очередь, сделало возможным проведение адекватной психотерапии. Психотерапевтическое лечение обычно начинает применяться на этапе стабилизирующей (долечивающей) психофармакотерапии и продолжается еще некоторое время после прекращения приема лекарств, во многом облегчая процесс их отмены. В настоящее время наиболее распространенной при паническом расстройстве является поведенческая и реже когнитивная психотерапия. Ее применение позволяет уменьшить уровень тревоги в фобических ситуациях и редуцировать страх ожидания приступа. Когнитивная психотерапия направлена на коррекцию зафиксировавшихся ошибочных представлений больных, в соответствии с которыми на неугрожающие жизни соматические ощущения у пациентов возникают гиперболизированные реакции. Несмотря на то что поведенческие методы психотерапии при лечении панического расстройства в настоящее время считаются наиболее эффективными, необходимо учитывать, что, позитивно влияя на симптоматику заболевания, они могут оставить незатронутыми невротические структуры, сформированные в детстве. Это, в свою очередь, может положить конец начальным успехам лечения и привести к появлению новых симптомов или к возобновлению старых. Таким образом, видна необходимость изучения эффективности других видов психотерапии и применения их для лечения панического расстройства.

В течение ряда лет для лечения панических расстройств с успехом применяется индивидуальная и групповая личностно ориентированная (реконструктивная) психотерапия, основной целью которой является достижение позитивных личностных изменений (коррекция нарушенной системы отношений, неадекватных когнитивных, эмоциональных и поведенческих стереотипов), что ведет как к улучшению субъективного самочувствия пациента и устранению симптоматики, так и к восстановлению полноценного функционирования личности. Применение групповой формы психотерапии тем более оправдано, если при паническом расстройстве у пациентов зачастую возникает ограничительное поведение, социальная дезадаптация и нарушения в сфере межличностного функционирования. Для чего был разработан и апробирован метод групповой психотерапии, сочетающий в себе теоретические основы и принципы интерперсональной и личностно ориентированной (реконструктивной) психотерапии. Такая интеграция позволяет учитывать в лечебной работе факторы внутренней (интрапсихические механизмы) и внешней (психосоциальные факторы) детерминации функционирования личности, при этом психотерапевт получает возможность смещать акценты при анализе внутриличностных и межличностных проблем. В процессе психотерапии, ориентированной на коррекцию неадекватных интеракций, конфликтные отношения пациента утрачивают свой непременный и центральный характер. Это влечет за собой снижение интенсивности невротической симптоматики. Наблюдается уменьшение и внутриличностной проблематики, в частности за счет улучшения отношения к себе (повышения самооценки).

Сочетание психофармакотерапии и групповой интерперсональной терапии улучшает межличностное взаимодействие и в относительно короткие сроки повышает адаптивные способности пациентов, что очень важно в современных социально-экономических условиях.

Автор статьи

Зам. главного врача по психологической работе, кандидат психологических наук, клинический психолог

Записаться на прием

Просмотров: 4861
(0)

Читайте также

Все статьи >

Жизнь семейной системы

Жизнь семейной системы, как, впрочем, и любой системы, подчиняется двум законам: закону гомеостаза (или закону постоянства) и закону развития. Закон гомеостаза гласит: всякая система стремится к постоянству, к стабильности. Для семьи это означает, что она в каждый момент своего существования стремится сохранить status quo. Нарушение этого статуса всегда болезненно для всех членов семьи, несмотря на то, что события могут быть и радостными и долгожданными, например, рождение ребенка. Закон постоянства обладает огромной силой. Основной парадокс дисфункциональной семейной системы: мы все не хотим жить так, как мы живем, но мы не можем ничего изменить в нашей жизни — порождается именно законом постоянства систем.

Одновременно с законом гомеостаза действует закон развития: всякая семейная система стремится пройти полный жизненный цикл. Было замечено, что семья в своем развитии проходит определенные стадии, связанные с некоторыми неизбежными объективными обстоятельствами. Одним из таких обстоятельств является физическое время. Возраст членов семьи меняется и неизбежно меняет семейную ситуацию. Как показал Эрик Эриксон, каждому возрастному периоду в жизни человека соответствуют определенные психологические потребности, которые он стремится реализовать. Вместе с возрастом меняются запросы к жизни вообще и к близким людям в частности. Это определяет стиль общения и, соответственно, саму семью. Рождение ребенка, смерть старого человека — все это существенно меняет структуру семьи и качество взаимодействия членов семьи друг с другом. Влияние этих законов вместе с конкретными условиями жизни семьи обеспечивает психодинамику семейной жизни и картину симптоматического поведения идентифицированного пациента.

 Например, авторы данной книги описывают случай, когда к ним обратилась семья с аутичным ребенком. Поведение мальчика 11 лет стало аутичным после смерти дедушки, который жил вместе с ними. После визита маминой родственницы мальчик перестал не только общаться с детьми и посторонними взрослыми, но и посещать школу, делать уроки. На приеме он вел себя как маленький старичок. Он двигался как старик, использовал архаизмы в речи и держался как усталый и мудрый человек, все испытавший и переживший в этой жизни.

Рассмотрим этот случай с точки зрения взаимодействия законов гомеостаза и развития. Умирает дедушка, меняется структура семьи — из расширенной она становится нуклеарной. Ребенок приближается к подростковому воз расту, когда основная цель его индивидуального развития — уйти из семьи, обрести друзей, расширить свой жизненный опыт и преодолеть кризис идентичности. Все это работа закона развития. В то же время понятно, что дедушка, пока был жив, выполнял определенные психологические функции в семье. Что стало с этими функциями после его смерти? Закон гомеостаза обеспечил сохранение этих функций, так как они, вероятно, были очень важны для этой семьи. Носителем их стал мальчик: он засел дома, стал выглядеть как старичок, говорить как человек прошлого столетия.

Дисфункция в данном случае заключалась в том, что семейная система не смогла перейти на другую стадию своего жизненного цикла, потеряв один из своих элементов (дедушку); победил закон гомеостаза. Цена победы — психическое здоровье ребенка: система не изменилась, только мальчик заболел. Зачем же нужен был дедушка, какие функции он выполнял в системе? Системная диагностика показала, что дедушка стабилизировал брак своей дочери, контролируя ее агрессию и повышая статус зятя. Фактически дедушка обеспечивал сохранность семьи.

Созависимость

Созависимость — это нарушение личностных границ в области интимных и духовных взаимоотношений; слияние всех интересов человека с зависимым.  М. Битти называет созависимым человека, который позволяет другому влиять на свое поведение и который навязчиво контролирует поведение другого человека.

Созависимые люди видят смысл своей жизни в отношениях с зависимым человеком (мужем, родителем, ребенком), сосредоточивая все свое внимание на том, что он делает или чего не делает. Эти отношения они используют также, как их партнеры используют алкоголь или наркотики:

  1. Они становятся зависимыми от другого человека, будучи убеждены, что не могут жить или действовать независимо от него, без взаимоотношений с ним. Они позволяют другим людям управлять своими мыслями, переживаниями и действиями.
  2. Они не способны определять свои психологические границы, не знают, где заканчиваются границы их собственной личности и где начинаются  личностные границы других людей. Так, они склонны воспринимать чужие проблемы как свои собственные, предпочитают решать в первую очередь их, игнорируя личные трудности.
  3. Они слишком зависимы от чужого мнения, не доверяют собственному восприятию, не защищают собственные взгляды и убеждения. Стараются стать необходимыми другим, угождая,  особенно заботясь о производимом на других впечатлении.
  4. Она играют роль мучеников, жертв; страдают, терпят, мирятся  с невыносимыми ситуациями, видя в этом свой долг. В своих несчастьях обвиняют других людей.
  5. Они пытаются контролировать все происходящее, тратят на это много сил и  с трудом убеждаются, что это  безуспешно.
  6. Они не в ладах со своими чувствами,  сдерживают их, искажают, проявляют тогда, когда считают это уместным. Спонтанное проявление чувств считают признаком слабости. Страх, печаль, обиду проявляют как злость, часто  реагируют апатией вместо действий,  в поведении категоричны и жестки.
  7. Они легковерны, плохо разбираются в людях, видят то, что хотят увидеть.
  8. Они мыслят негативно, ригидны и ограничены.
  9. Они ориентированы  на бытие, теряют контакт со своей духовной сущностью.

Созависимость обычно возникает  у женщин. Когда у значимого для женщины человека возникают проблемы, она чувствует жалость, озабоченность и вину. У нее возникает непреодолимое стремление решить эти проблемы, она оставляет собственные дела, теряет сон, изо всех сил старается помочь зависимому жить так, как она считает правильным, а когда ее непрошенное вмешательство оказывается неэффективным, испытывает раздражение. Часто она делает за  значимого ей человека то, что тот мог бы сделать сам, повышая тем самым собственную самооценку. Достижениями же значимого другого она гордится как своими собственными. Получая от него что-нибудь, чувствует неуверенность и вину. Говорит гораздо больше о другом, чем о себе самой. Пытается доставить удовольствие другому, вместо того, чтобы сделать что-нибудь для себя. С возмущением ругает тех, кто выступает против значимого другого, будучи уверена в своей правоте. У нее всегда множество дел, никогда нет сил и времени, чтоб завершить их все.

Созависимая мать или жена наркомана или алкоголика  беспокоится из-за того, что тот много пьет или употребляет наркотики, одновременно отрицая наличие зависимости; соглашается с его образом жизни, иногда пытается вместе с ним употреблять ПАВ, берет на себя выполнение его семейных обязательств, оправдывает  его промахи и недостатки. Испытывая денежные затруднения из-за того, что зависимый близкий много тратит, снабжает его деньгами, иногда пополняет запасы вещества, иногда уничтожает их. Она  стыдится и страдает из-за поведения зависимого, отказывается от встреч с друзьями, поездок и своих семейных планов. Чувствуя, что для зависимого вещество  дороже нее, обманывает близких, уверяя, что во всем виноваты друзья или обстоятельства. Боится прямо говорить с близким о чем-то неприятном, опасаясь его реакции, испытывает вину за то, что не может удержать его от употребления.  Разыскивает  спрятанный в доме алкоголь или наркотики,  контролирует употребление спиртного на застольях. Бывает несправедлива к детям, родителям, друзьям, сотрудникам из-за своего эмоционального состояния или если их позиция не совпадает с ее. Пытается напугать близкого зависимого, заставляет его просить прощения, ругается с ним, бьет его, отказывает ему в сексе, угрожает выгнать или бросить его, покончить с собой и т.д. Покупает ему лекарства, укладывает в больницу, вызывает врача на дом, провоцирует арест. При всем этом страшно жалеет себя, избегает получения помощи, отдаляется эмоционально от зависимого,  становится усталой, опустошенной и безразличной.

С пищевым аддиктом созависимая ведет себя следующим образом. Контролирует вес, переживает за фигуру  близкого, следит за чужим эмоциональным состоянием. Если застает обжору за перееданием, гневно осуждает, прячет еду или выбрасывает ее, покупает правильную  пищу и поощряет ее потребление,  дает обещания, связанные с изменением веса. Манипулирует бюджетом, чтобы контролировать  расходы на еду, поощряет гимнастику и чудесные средства исцеления, подбирает соответствующую литературу. Постоянно расстраивается из-за рецидивов, неискренне утешает зависимого, угрожает оставить его . Изменяет свою социальную активность, чтобы у обжоры не было соблазна. Себе уделяет все меньше внимания, считает , что в семье все идеально, кроме пищевого поведения аддикта, принимает снотворные и транквилизаторы.

Есть мнение, что провокаторами срыва зависимых, начавших лечение, чаще всего становятся созависимые. Именно они предпочитают брать на себя  ответственность за выздоровление зависимого,  настроены на получение полной информации о процессе лечения и динамики  больного, проверяют ход лечения, следят за приемом лекарств и выполнением предписанных рекомендаций. Факт лечения они чаще скрывают, хотя о существовании проблемы говорят многим. Они активно начинают оберегать выздоравливающего от нежеланных встреч с бывшими соупотребителями, стараются везде сопровождать его, волнуются, когда он остается один. Все действия неупотребляющего близкого берутся на контроль. Вместе с тем, именно созависимые имеют много нереалистических ожиданий от близкого, часто напоминают ему о прошлом, манипулируют его чувствами, проявляя нечестность в общении. По-прежнему желают изменить только аддикта, но не себя.

Стремление созависимого контролировать поведение аддикта обусловлено потребностью избежать неблагоприятных последствий невнимания к своим собственным проблемам. Многие созависимые нуждаются в людях, отражающих их собственные пороки, для того, чтобы бороться с ними (проекция).Алкоголь или наркотик (или что-то еще) становится катализатором  созависимости, а зависимость «подопечного» — ее оправданием.

Созависимость приводит к серьезным  внутриличностным изменениям патологического характера, сходным с изменением личности химически зависимого. Вместо любви к близким нарастает ненависть, проявляется болезненная ревность и зависть, теряется вера во всех и надежда на лучшее, нарастает социальная изоляция и дезадаптация.

Депрессивное расстройство

Депрессивное расстройство – это  расстройство психоэмоционального состояния человека.

Диагностические критерии депрессивного расстройства:

1) преобладает унылое, мрачно-подавленное настроение;

2) отношение к себе основано на убеждении в своей неполноценности, никчемности, низкой самооценке;

3) выражена тенденция к самокритике, самообвинению, преуменьшению своих заслуг;

4) типичен пессимизм, склонность переживать чувство вины или сожаление;

5) наблюдается предрасположенность к печальным размышлениям  и поиску поводов для беспокойства;

6) отмечается негативное, критическое или осуждающее отношение к другим людям.

При этом  больные  доброжелательны, застенчивы, готовы прийти на помощь, склонны брать на себя основную  работу. Велик риск суицида.

Такое сложное явление как депрессивное расстройство имеет несколько причин.

Биологические теории.

Депрессия возникает тогда, когда в определенных участках мозга уменьшается концентрация норадреналина или серотонина. К тому же депрессионными факторами могут стать, к примеру, определенные лекарства  (различные транквилизаторы, оральные контрацептивы и проч.); средства, вызывающие зависимость (алкоголь, стимуляторы, галлюциногены);  неврологические заболевания, болезни сердца, хирургические вмешательства, болезни почек, печени, органов дыхания, метаболические расстройства.  К биологическим относят и теории, выдвигающие на первый план наследственный характер депрессий. Так, по некоторым данным, в 25-40% случаев с исследуемыми, страдающими депрессией, было выявлено,  что, по крайней мере, у одного из родителей или же другого близкого родственника было аффективное расстройство. Важным фактором считается также влияние женских гормонов. Однако исследования в данной проблемной области еще продолжаются.

Интраперсональные теории.

Так  обозначаются теории, трактующие депрессивное расстройство как внутреннюю проблему личности. Психодинамическая  модель объясняет возникновение депрессии чувством «утраты» объекта, от которого зависит данная личность, и  возникающей как следствие злостью, которая не может быть выражена прямо, а «направляется внутрь», преображаясь в чувство вины и ненависти к самому себе.  Когнитивная модель объясняет  депрессию как продукт  неверного мышления. Еще в детстве формируется негативная система убеждений, последующие события интерпретируются в отрыве от реального образа мыслей, и такое восприятие определяет эмоциональное реагирование. Примеры негативного мышления: а) «я не могу жить без  него или нее»; б) « если я сделаю ошибку, это будет означать, что я бестолковый»; в) «они лучше меня, их хорошее расположение надо заслужить»; г) «если человек спорит со мной,  значит,  я ему не нравлюсь»;  д) «мое человеческое достоинство зависит от того, что думают обо мне другие»; е) «чтобы быть счастливым нужно, чтобы меня все любили за безотказность или уважали за успехи». Также есть мнение, что если человек часто сталкивается с ситуациями, в которых он воспринимает себя как лицо, не владеющее контролем над  ситуацией, он становится беспомощным, пассивным, подверженным депрессиям

Интерперсональные теории.

Исходя из системных теорий, депрессивное расстройство является отражением неправильности системы, в которой данное лицо функционирует (в подавляющем большинстве случаев под такой системой подразумевается семейная).  Депрессия появляется  в общественном и межличностном  взаимодействии  как следствие  депрессиогенных  моделей отношений между людьми в «его системе». Тогда условием преодоления депрессии является оздоровление функционирования системы в целом.

Депрессия – явление весьма распространенное.  История депрессивных расстройств  составлена из страданий огромного количества людей, большинство из которых предпочитают анонимность. И все же известно, что  профессиональную помощь получает меньше половины остро нуждающихся в ней;  что у женщин депрессии случаются чаще, чем у мужчин; что депрессивные расстройства возникают в любом возрасте;  что депрессия часто «маскируется», то есть проявляется в форме иных психических или соматических (телесных) расстройств. Последствиями такого распространения  депрессии  являются загубленная жизнь, неудовлетворенность, разлад  в семье, потеря работы, увлечений,  самоубийство. Многие психологические проблемы имеют под собой депрессивную основу. Так, каждая форма зависимости может быть результатом неудачной попытки  «самотерапии», побочные результаты которой, оказывая вред физическому и психическому здоровью, закрепляют депрессию – первичный источник проблемы.

Проявления депрессии, в большинстве своем, в конце концов, исчезают сами собой, и, если больной не лечится, то спустя некоторое время, его состояние, вероятно, улучшится.  Некоторые статистические данные сообщают о том, что у 10-12% больных депрессия переходит в хроническое заболевание.


оплата онлайн
навер